
Борис Дмитриевич ГригорьевРоссия, 1886–1939Можно ли лицезреть?
Санкт-Петербург, Россия
Хозяин известен. Выставлена ли она сейчас, музей не сообщает, а гадать мы не обучены.
1913 год был переломным в жизни Григорьева. Он провел четыре месяца в Париже с целью сбора материала для конкурсной картины. Занятия в академии «La Grande Chaumière», знакомство с искусством «столицы мира» не сделали его авангардистом, но укрепили в приверженности фигуративному искусству и в поиске собственного пути. Париж значительно расширил горизонты его творчества, обогатил новыми мотивами, по-настоящему открыл тему современного города. Он рисовал везде – на улицах, в парках, в кафе и кабаре. Владимир Круглов . Труды и дни Бориса Григорьева // Борис Григорьев. СПб, 2011. С. 10.
Ночные сцены, полные неясности, недосказанности, побуждают художника к символистским решениям. В отличие от Константина Сомова и Сергея Судейкина, романтизировавших карнавал – галантное зрелище, Григорьев дает «сниженную» его трактовку (« Ночь. Карнавал» ). Под гирляндой фонариков, не вносящих веселья, но усиливающих атмосферу фантасмагоричности, изображены странные персонажи в нелепо-гротескных позах. Часть из них истово танцует, иные – застыли в состоянии завороженности. Как и других символистов, автора волнуют мотивы театрализации реальности, трагического «карнавала» жизни. Там же. С. 11.
Русский музей