Виктор Михайлович Васнецов1848–1926Кащей Бессмертный
Можно ли лицезреть?
Неизвестно
Третьяковская галерея
Москва, Россия
Владелец известен, а выставлена ли она сейчас — неизвестно.
- Источник
- Музей
О картине
Картина «Кащей Бессмертный» является частью живописного цикла «Поэма семи сказок», в который также входят произведения: «Спящая царевна» (1913–1917), «Царевна-Несмеяна» (1916), «Баба-Яга» (1917), «Царевна-лягушка» (1918), «Сивка-Бурка» (начало 1920-х) и «Ковер-самолет» (1920–1923); 1925). Васнецов задумал их в 1880–1890-е годы как отдельные произведения, однако в 1901 году объединил в серию сказочных картин. В годы Первой мировой и Гражданской войны в России эти картины стали для художника своеобразным живописным дневником, в котором нашли отражение его поиски народных идеалов добра и красоты. Обращаясь к многовековому опыту своего народа, он размышлял о правде жизни и ее духовно-нравственных основах, о любви и непременной победе добра над злом.
Читать дальше
Мотивом для задуманной Васнецовым картины послужила сказка о «Царевне-лягушке». В одном из вариантов, записанных А.Н. Афанасьевым, Василиса Премудрая, после того как Иван-царевич сжег в печи ее лягушачью шкурку, оказалась в царстве Кащея Бессмертного. В картине герои изображены сидящими на высоком «средневековом» троне, Кащей пытается обнять царевну, однако она отстраняется от него. Как известно, не во всех сказках Кащей является отрицательным персонажем, поэтому Васнецов подчеркивает его образ антигероя с помощью деталей – в руках он держит окровавленный меч, которым убивал добрых молодцев; его голову украшает «змеиная» корона. Развивая тему столкновения добра со злом, художник композиционно и колористически противопоставляет Василису и Кащея.
Главной частью изобразительного нарратива композиции стала настенная роспись, которая словно своеобразная карта раскрывает тайну, как победить Бессмертного Кащея: справа рядом с деревом помещен сундук и выбежавший из него заяц; слева – улетающая в небо утка и щука, передавшая Ивану-царевичу яйцо с иглой, на конце которой сокрыта смерть злодея.
Над картиной художник работал между 1917 и 1919 годами. Живописное произведение продолжает религиозно-философские размышления художника и вечном противостоянии добра и зла.
Третьяковская галерея
Сведения
- Инвентарный номер
- ДМВ Ж-96
В каталоге
Источники
- Третьяковская галерея
- Изображение: Третьяковская галерея — © Третьяковская галерея
А тем временем в жизни художника
Вся жизнь целиком1915
Эскиз «богатырки» — будущей будёновки
В 1915 году участвовал в разработке военной формы для парада победы русской армии в Берлине и Константинополе; ему приписывают создание шлема «богатырка», воспроизводившего остроконечные шлемы Киевской Руси, — будущей будёновки.
1917
Не принимает революцию, но остаётся в России
Октябрьскую революцию не принял, называя себя убеждённым монархистом «на исконных русских началах»; дворянство и связи с прежней властью не вызывали одобрения у большевиков, но он не эмигрировал и продолжал жить и работать в Москве.
после 1917
После революции: церковная живопись — в Третьяковку
После Октябрьской революции он выступал за то, чтобы часть религиозных картин перенести из церквей в Третьяковскую галерею; ещё до революции он был попечителем галереи и отдавал немалую часть доходов Государственному историческому музею, на его деньги пополнена значительная часть собрания.
1919
Смерть сына Бориса
В 1919 году умер сын Борис (1880–1919); после революции семья художника оказалась разрозненной, что он тяжело переживал.
сентябрь 1919
Слухи о расстреле Васнецова
В сентябре 1919 года зарубежная русская газета сообщала, что большевики, «по всей вероятности», убили художника; слух дошёл и до Репина в «Пенатах», который с тревогой спросил навестивших его советских художников, правда ли, что Васнецов расстрелян.
1920
Сын Михаил эмигрирует с последним пароходом
Во время Гражданской войны Михаил преподавал в лётной школе Белой армии в Киеве; в 1920 году, спасаясь от Красной армии, он отправил жену и сына в дом отца и уехал на последнем пароходе, отплывавшем из Крыма в Галлиполи, — о его судьбе семья не знала до 1922 года.
