
Михаил Васильевич Нестеров1862–1942Автопортрет
Можно увидеть?
Неизвестно
Где сейчас «Автопортрет»? Собрание: Русский музей, Санкт-Петербург. Неизвестно.
Санкт-Петербург, Россия
Владелец известен, а выставлена ли она сейчас — неизвестно.
- Этот статус с
- Источник
- Музей
О картине
Художник задумал этот портрет в самом начале 1928 года. По поводу работы над ним он шутливо замечал: « Посмотрим, что выйдет у самого «пристрастного» ко мне живописца — у Нестерова ». К середине февраля картина была завершена, и мастер остался доволен результатом. В этот период художник серьезно работал над своими воспоминаниями, много писал и размышлял об искусстве, о творчестве своих современников, вел обширную переписку со своими биографами и крупными деятелями культуры. Быть может, потому на портрете такой пристальный, колючий взгляд, в котором острота и динамичность его характера, огромный творческий опыт и горький груз утрат. Несмотря на возраст, Михаил Васильевич напряженно работал, и его портретное творчество оказало огромное влияние на молодое поколение живописцев. Альфия Низамутдинова. Портрет в России. ХХ век. СПб , 2001 . С. 190.
Русский музей
Сведения
- Инвентарный номер
- Ж-4343
В каталоге
Источники
- Русский музей
- Изображение: Русский музей — © Русский музей
В жизни художника
Вся жизнь целиком1926
Начинает писать воспоминания
Нестеров начал мемуары, над которыми с увлечением работал в последние годы жизни; они так и остались незаконченными.
1927
Надпись Павла Корина на «Душе народа»
После долгих колебаний художника Павел Корин нанёс внизу слева на картину евангельские слова «Если не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное». Саму картину Нестеров считал одной из главных: «В начале жизни — „Отрок Варфоломей“, к концу — „Душа народа“».
1930-е
Вынужден оставить религиозную тему
Под давлением официальной идеологии Нестеров отказался от прежней религиозной тематики и обратился к портретам, но не состоял в советских художественных объединениях, заказов на портреты не принимал и сохранял внутреннюю независимость; среди его моделей — хирург Сергей Юдин (1933, 1935) и скульптор Иван Шадр (1934). По другим данным, от религиозной живописи пришлось отказаться уже по возвращении в Москву в 1920 году, хотя цикл о Сергии он втайне продолжал.















