Гранатовая чайхана

Чувство причастности к самобытной культуре Туркестанского края, к древнему национальному наследию питало творческие поиски русского художника. «Живопись Востока, главным образом, построена на примитиве и на живописно-декоративном начале. Это и легло в основу моего творчества. Развертывая работы в плоскости примитива, я ввел целую систему треугольников и других геометрических форм и дошел до трактовки человека в треугольнике как предельно простейшей форме», – утверждал Волков.

Чаепитие на Востоке – повод собраться вместе, поддержать неторопливую беседу. В чайхане встречались за чашкой чая народные музыканты, поэты. Здесь звучали песни и стихи, состязались между собой острословы.

В картине ясно прослеживается разработанная художником система. Он вписывает в треугольник каждую из трех фигур музыкантов-дутаристов, добиваясь простой и в то же время выразительной композиции благодаря ритму чередующихся форм и гармонии пурпурно-красных пятен.

Треугольник сознательно использован мастером в композиционном строе этой работы. Идея триединства составляет основу древних философских и религиозных учений как на Западе, так и на Востоке. Волков стремился соединить традицию чаепития, уходящую корнями в глубину веков, и свое видение художника нового поколения. Патриархальный восточный обычай вырастает у него в возвышенный и одухотворенный образ.

«Гранатовая чайхана» была с восторгом принята в Москве в 1934 году на выставке «Художники Узбекистана» и признана критикой «авангардом изофронта» республики: «Ей свойственен свой особый национальный стиль, напряженные искания художественного языка живописи». Но для самого Волкова, сохранявшего «магический кристалл вдохновения», эта исполнявшаяся длительное время картина (менялись и переписывались отдельные места композиции), стала завершающим этапом. Художник позднее писал: «Пройдя через ряд живописных течений – футуризм, кубизм, экспрессионизм, подошел к примитиву, в котором ввел систему треугольников… Этот цикл был закончен в 1924 году картиной „Гранатовая чайхана“ – это мой символ веры».

В произведении наиболее ярко проявилась уникальная стилистика Волкова-художника, основанная на обращении к народной культуре Узбекистана в сочетании с особым индивидуальным восприятием восточной эстетики орнамента и цвета.