Автопортрет

Период, когда Суриков запечатлел себя на небольшом рисунке, отмечается особым для него трепетом перед важным событием. В письме к родственникам от 20 декабря 1874 года он писал: «“Пир Вальтасара” решили напечатать во “Всемирной иллюстрации”. Я уже рисую его для печати. Потом вместе с медалью я получил и диплом в окончании курса наук. Так что теперь я уже имею чин губернского секретаря. Потеха да и только, как подумаешь о чине! Теперь он мне вовсе не нужен. На будущий год буду работать на большую золотую медаль – и, конечно, это уже последняя медаль».

Надежды молодого Сурикова не оправдались. На следующий год за историческую программу «Апостол Павел объясняет догматы веры в присутствии царя Агриппы, сестры его Береники и проконсула Феста», которая находится в собрании Третьяковской галереи, художник так и не получил заветной большой золотой медали. Несправедливое решение Совета Академии, не присудившего в тот год медали ни одному студенту, комментировал в письме Поленову от 1 декабря 1875 года Павел Чистяков: «У нас допотопные болвантропы провалили самого лучшего ученика во всей Академии, Сурикова, за то, что мозоли не успел написать в картине. Не могу говорить, родной мой, об этих людях: голова сейчас заболит и чувствуется запах падали кругом. Как тяжело быть между ними». Суриков получил звание классного художника первой степени и «в виде исключения» направлен в заграничную пенсионерскую поездку, которой так и не воспользовался, предпочтя отправиться в Москву.