Птичьи коробки Корнелла часто играют с формами репрезентации и с контрастом между природным и искусственным. В своих поездках за город он часто собирал материалы для коробок, и в этой коробке большой угловатый кусок коры, помещённый у правого внутреннего края, возможно, тот самый кусок, находку которого Корнелл отмечал в январе 1948 года, описав его как «великолепно высушенную кору для совиной коры, цельный кусок, для коробок с совами» (Cornell 1993, с. 152). В любом случае он придаёт коробке ощущение глубины, образуя нечто вроде раздвинутого занавеса, из-за которого открывается сова. Лист голубого стекла делает интерьер тёмным, как лес ночью, а маленькая электрическая лампочка наверху, когда её включают, наводит на мысль о лунном свете.
Читать дальше
Драматический эффект светотени вызывает сравнение с фотографией, а также подчёркивает контраст между двухмерным живописным изображением совы и её «настоящей» средой обитания. Многочисленные червоточины в деревянной раме — результат имитированного, а не настоящего повреждения насекомыми и, по-видимому, относятся к исходной конструкции коробки. Подробнее о «Коробках с совами» Корнелла см. «Без названия (Большая сова)».
— Каталожная статья, Dawn Ades, Surrealist Art: The Lindy and Edwin Bergman Collection at the Art Institute of Chicago, 1997, с. 61.
Чикагский институт искусств · перевод ART WIKI · CC BY 4.0
Словами музея — на английском
Cornell’s bird boxes often play with forms of representation and with the contrast between the natural and the artificial. In his trips into the countryside, he would often gather materials for his boxes, and in this one, the large, angular piece of bark placed toward the right interior edge may be the lump Cornell reported finding in January 1948 and described as “magnificently dried bark for owl bark, single piece, for owl boxes” (Cornell 1993, p. 152). In any case it adds a sense of depth to the box by providing a kind of opened curtain, from behind which the owl is revealed. The sheet of blue glass renders the interior as dark as a forest at night, and the small electric bulb above, when lit, suggests moonlight.
Читать дальше
The dramatic chiaroscuro effect prompts comparison with photography, as well as underlining the contrast between the two-dimensional pictorial representation of the owl and its “real” habitat. The numerous worm holes in the wood frame are the result of simulated rather than authentic insect damage and appear to be original to the box‘s construction. For more on Cornell‘s Owl Boxes, see Untitled (Large Owl).
— Entry, Dawn Ades, Surrealist Art: The Lindy and Edwin Bergman Collection at the Art Institute of Chicago, 1997, p. 61.
