Three Seated Figures

1929–1940

Студия в Хэмпстеде: «гнездо мягких художников»

Вскоре после свадьбы супруги поселились в мастерской на Паркхилл-роуд, 11а, в колонии авангардистов: рядом жили Хепуорт с Беном Николсоном, Наум Габо, Роланд Пенроуз, Сесил Стивенсон и критик Герберт Рид, назвавший район «гнездом мягких художников».

1930-е

Париж: Пикассо, Брак, Арп, Джакометти

Вместе с Хепуорт и другими членами «Общества семи и пяти» Мур двигался ко всё более абстрактной скульптуре; на это влияли частые поездки в Париж и знакомство с Пикассо, Браком, Жаном Арпом и Альберто Джакометти.

1937–1939

Скандал вокруг «Матери и дитя» в саду Пенроуза

В 1937 году Пенроуз купил у Мура абстрактную каменную «Мать и дитя» и поставил её в палисаднике своего дома в Хэмпстеде. Работа возмутила соседей, и местная пресса два года вела против неё кампанию; в эти же годы Мур постепенно переходил от прямой резьбы к литью в бронзе.

1938

Знакомство с Кеннетом Кларком

Мур впервые встретился с Кеннетом Кларком, ставшим неожиданным, но влиятельным сторонником его искусства: через Совет по делам искусств Кларк добывал для скульптора выставки и заказы.

1940–1986

Бомба в Хэмпстеде: переезд в Хоглендс

В сентябре 1940 года осколки бомбы попали в хэмпстедский дом Муров, и они переехали из Лондона на ферму Хоглендс в деревушке Перри-Грин близ Мач-Хэдхэма в Хартфордшире. Дом остался мастерской и жильём Мура до конца жизни: разбогатев, он так и не захотел переезжать в более просторный.

август 1941

Шахтёры Уилдейла

В августе 1941 года Комитет военных художников поручил Муру рисовать шахтёров под землёй на шахте Уилдейл в Йоркшире, где работал его отец. Людей в бомбоубежищах он изображал пассивно ждущими отбоя, шахтёров же — яростно рубящими уголь.