
Можно ли лицезреть?
Санкт-Петербург, Россия
Хозяин известен. Выставлена ли она сейчас, музей не сообщает, а гадать мы не обучены.
Город Каргополь и прилегающие территории вдоль реки Онеги с XII века находились в сфере влияния Новгорода, а позднее Ростовской епархии и Москвы. Поэтому в иконах Каргополья исследователи закономерно отмечали признаки воздействия живописных традиций этих крупных художественных центров. Однако с недавнего времени «каргопольские письма» стали выделять в самобытное направление древнерусской иконописи.
В XVII веке художественная традиция региона переживает расцвет. Впрочем, иконописное наследие Каргополья не было однородным. Объединяет местных иконописцев склонность к плоскостности, декоративности и крупным цветовым пятнам с моделировкой редкими белильными оживками. Это объясняется народными корнями иконописного искусства Каргополья, перенявшего из резьбы, вышивки, ремесленных росписей на домашней утвари принципы орнамента: чередование цветовых плоскостей, ритмическое повторение простых форм и активное использование контура и линии.
В иконе обнаруживаются характерные приметы каргопольской иконописной традиции. Живопись плотная, практически отсутствует моделировка лика белильными движками. Использован ограниченный набор оттенков. Локальными цветами, без градации тона, заполнены значительные по размеру участки изображения. Красный хитон и синий гиматий соответствуют древнему канону, согласно которому они символизировали двойственную богочеловеческую природу Спасителя. Чередование этих же оттенков мастер применил при написании крещатого нимба Христа.
Внушительный размер доски и лика, обширные плоскости, заполненные локальными тонами, тем не менее, не сообщают образу Христа Вседержителя величественную монументальность. Большая голова, по сравнению с которой плечи кажутся слишком узкими, чересчур близко посаженные глаза, диссонанс масштабов крупного силуэта и изящного орнамента на вороте хитона и мелких крапинок, имитирующих жемчужины, вокруг нимба — все это способствует созданию наивного и добросердечного образа.
Русский музей