
Уильям ЭттиВеликобритания, 1787–1849Можно ли лицезреть?
Кембридж, США
Числится в собрании, но в залах её сейчас нет.
1822–1823
Семь месяцев в Венеции
Не найдя покоя в Риме, Этти поехал в Венецию на десять дней, но по письму Чарлза Лока Истлейка поселился в доме британского вице-консула Гарри Д’Орвилла и пробыл там больше семи месяцев. Давно считавший Венецию своей духовной родиной, он днём копировал картины в собраниях, вечерами рисовал в классе Академии и создал около 50 масляных работ и множество карандашных набросков.
1822–1823
«Il Diavolo»: зрелище за мольбертом
За быстроту письма в Венеции Этти получил прозвище «Il Diavolo» — «Дьявол», и наблюдать за его работой стало отдельным зрелищем: приходили Джоаккино Россини, патриарх Венеции Ладислав Пиркер и другие. Преподаватели Академии восхищались его телесными тонами, а сам Этти, поглощённый учёбой, не выставил в 1823 году ни одной оригинальной работы.
1823
Почётный академик Венецианской академии
Члены Венецианской академии изящных искусств были настолько впечатлены Этти, что избрали его своим почётным академиком.
октябрь 1823 – январь 1824
Возвращение через Париж: копии, гравюры, кисти
8 октября 1823 года Этти выехал из Венеции через Мантую и Женеву в Париж, где вместо возвращения в Англию остался копировать в галереях, собирать гравюры и купил манекен и около 200 кистей: французские мастера делали их лучше английских. В начале января 1824 года он вернулся в Лондон.
1824
Племянница Бетси становится хозяйкой дома
С 1824 года хозяйством Этти ведала его племянница Бетси (Элизабет Этти), пятая дочь его брата Джона, незамужняя и на 14 лет моложе дяди. Она осталась при нём до конца его жизни как компаньонка и помощница наряду с официальным ассистентом Джорджем Франклином, а он всё сильнее зависел от неё и в панике писал ей, если долго не получал вестей.
1 ноября 1824
Избран ассоциированным членом Академии
1 ноября 1824 года Этти был избран ассоциированным членом Королевской академии, победив Уильяма Аллана со счётом 16 голосов против семи. «Таймс», всё ещё враждебная к нему из-за «непристойности», съязвила, что это едва ли честь, оказанная Этти: он заслужил это звание давно и должен был получить его раньше.