Рубашка

«Рубашку» Сокова можно воспринимать как ироничную реплику автора в споре о «русском поп-арте», о возможности его существования в СССР 1960–1980-х годов. Художник предлагает национальную версию американского стиля, основанного на образах рекламы, – деревянную и неказистую. Считая дерево самым русским материалом, Соков подчеркивал, что в народной скульптуре, резной традиционной игрушке всегда есть некоторая небрежность исполнения. Он говорил, что в этой «полусделанности и есть русскость, как в щепной игрушке: жена позвала обедать, вот так и оставил недоделанной». Сохраняя шероховатую, занозистую поверхность доски, автор подчеркивает связь, скорее, с деревенской культурой, а не с поп-артом. Комментируя свою работу, он цитировал народную поговорку – «сшить деревянную рубашку», то есть сделать гроб.

Талантливый скульптор, Леонид Соков прекрасно чувствовал материал и придавал большое значение технологическим тонкостям. В собрании Третьяковской галереи есть маленькие бронзовые работы «Сервал» и «Тукан» 1971 года с безупречными пропорциями и тонко отшлифованной поверхностью. Их выразительность и изящество исполнения подтверждают профессиональную состоятельность Сокова-анималиста, одного из лучших выпускников Строгановки (Московского высшего художественно-промышленного училища). В начале 1970-х художник оборудовал за городом собственную кузницу. По его словам, это было погружение не только в древнее ремесло ковки, но и в образ кузнеца-шамана. Позже он прокомментировал этот опыт: «Сначала это просто кусок металла. А когда его куешь – это кусок спрессованной энергии».

В «Рубашке» зритель не увидит больших «инвестиций» энергии художника в произведение и технологических ухищрений. Она демонстрирует минимальное вторжение скульптора в прямоугольник доски. Но эта мера участия убедительно свидетельствует о мастерстве автора и его доверии материалу.