Птицы

Представители пикториализма, расцвет которого пришелся на рубеж XIX–XX веков, стремились преодолеть воспроизводимость фотографии и разными способами придавали каждой отдельной работе качества оригинала. Своими действиями они словно отрицали главные особенности фотографии как медиа и приближали ее к живописи и графике. Художнику удалось убедительно воплотить эту концепцию в своих произведениях. Фотографии Андреева не только технически удаляются от фотографии в сторону живописи, они наследуют композиционные приемы русского пейзажа.

Принципы мышления, которые проявляются в его фотографиях, отчасти соответствуют академическим нормам и представлениям XIX века. Это культ ремесленного мастерства в сочетании с необходимостью изучения натуры: все работы Андреева были законченными и единственными в своем роде, даже если повторялись некоторые мотивы. Для создания каждого произведения Андреев использовал все возможности техники, ретуши, тонировок, дорисовок, раскрашивания и процарапывания, а также химических способов воздействия на изображение. В начале ХХ века с точки зрения возможностей оптики и печати природа оставалась самым сложным объектом для фотографа. Пейзаж, как правило, представлял собой либо повторение стереотипов (белый снег, излучина реки, тропинка среди берез, озеро в лесу), либо играл роль фона для других сюжетов и не был самостоятельным. Однако Николай Андреев достиг в этом жанре совершенства.

Он снимал объективами, которые сам же и делал. Собранные им конструкции из линз позволяли ловить ровно ту природную картину, которая в данное мгновение была сотворена ветром, солнцем и облаками. Андреев концентрировал свое внимание на передаче атмосферных явлений и стихий. Художник был способен во всем обширном спектре людских переживаний найти аналог природному состоянию. Для каждой фотографии он подбирал подходящее время съемки, чаще утреннее или предзакатное, и мог часами дожидаться необходимого положения солнца. Обычно автор искал «нетронутый» пейзаж. Природа сама по себе была предметом его художественных интерпретаций. Благодаря отсутствию маркеров времени и места в работах Николая Андреева пейзажные мотивы становились универсальными как элементы системы языка, из которых складывался некий абсолютный пейзаж.