Аполлинарий Михайлович Васнецов, портрет

Аполлинарий Михайлович Васнецов1856–1933

Пейзаж

1872 · Бумага, карандаш · 26 × 34,5 см

Можно ли лицезреть?

Неизвестно

Третьяковская галерея

Москва, Россия

Владелец известен, а выставлена ли она сейчас — неизвестно.

В этом положении с: 28 сент. 2026 г.
Источник: Музей

На карте Страница музея

О работе

В 1960 году Всеволод Васнецов передал в дар государству более тысячи произведений, писем, документов и личных вещей отца – художника Аполлинария Васнецова. В их число вошло большое количество ранних пейзажных рисунков мастера.

В начале творческого пути Аполлинарий Васнецов выполнил множество небольших произведений с натуры. Сюжетами таких работ начинающего художника становились природные уголки окрестностей малой родины – села Рябово Вятской губернии. В эти годы талант Васнецова делал «первые, робкие, еще неуверенные шаги».

В начале 1870-х годов, после кончины отца, особенно сильное влияние на будущего художника имел его старший брат Виктор, обучавшийся тогда в Императорской Академии художеств. Пейзажные рисунки старшего Васнецова, его наброски окрестных просторов приковывали внимание юного Аполлинария, побуждали неотступно наблюдать за работой брата.

Когда Виктор Васнецов уезжал обратно в Петербург, он поручил будущего пейзажиста польскому художнику Эльвиро Андриолли, который отбывал ссылку на родине братьев. Через несколько десятилетий, уже академик живописи Аполлинарий Васнецов отметил в своей автобиографической записке: «По отъезде брата я стал посещать Андриолли каждое воскресенье и рисовать с натуры или что-нибудь копировать Андриолли требовал в рисунке главное: силу и смелость».

Рисунок из коллекции Третьяковской галереи – пример постижения автором пейзажного мастерства. Молодой художник, пользуясь выразительными возможностями карандаша, четко разделяет планы пространства, изучает фактуру, выделяет первостепенные детали. Молодой мастер увлечен пластикой элементов пейзажа, смело и графически точно выделяет передний план. В ранних пейзажных рисунках нет ничего лишнего, случайного. Каждый штрих, каждое движение карандаша отвечает форме и динамике предмета.

Третьяковская галерея