New York, the L

15 октября 1936

Эмигрирует в Нью-Йорк

Журналы всё чаще печатают политические сюжеты и перестают публиковать Кертеса за аполитичность; заказов становится меньше, гонения на евреев усиливаются — и вместе с Элизабет он решает уехать, что, возможно, спасло ему жизнь: через четыре года Франция окажется под нацистской оккупацией. На пароходе «Вашингтон» они прибывают в Нью-Йорк 15 октября 1936 года и поселяются в отеле Beaux Arts в Гринвич-Виллидж; без друзей-художников, с трудным английским и американцами, не любящими, когда их снимают на улице, он переживает период, который позднее назовёт «абсолютной трагедией».

декабрь 1937

Первая персональная выставка в Нью-Йорке

В декабре в галерее PM проходит его первая персональная выставка в Нью-Йорке.

1941

Статус «вражеских иностранцев»

Из-за войны чету Кертес объявляют «вражескими иностранцами» (Венгрия воюет на стороне стран Оси): ему запрещено снимать на улице и вести любые проекты, связанные с национальной безопасностью. Желая избежать неприятностей — у Элизабет как раз появилась косметическая компания Cosmia Laboratories, — он бросает заказную работу и на три года почти исчезает из фотографического мира.

1946

Персональная выставка в Институте искусств Чикаго

В Чикагском институте искусств проходит его персональная выставка со снимками из «Day of Paris»; позже он называл её одним из лучших мгновений в США и говорил, что именно после неё впервые почувствовал положительные отзывы о своей работе.

1964

Персональная выставка в MoMA у Джона Шарковски

Вскоре после того, как Джон Шарковски возглавляет фотографический отдел Музея современного искусства, он посвящает Кертесу персональную выставку; работы получают высокие оценки, и в фотографическом мире он становится признанным значительным художником. Его снимки выставляют по всему миру вплоть до девяноста с лишним лет.

1977

Смерть жены Элизабет

Элизабет, много лет успешно развивавшая косметический бизнес, умирает от рака. Чтобы пережить утрату, Кертес опирается на новый круг друзей, часто навещая их, чтобы поговорить; к тому времени он выучил базовый английский и говорил на смеси венгерского, английского и французского, которую друзья называли «кертесовским».