
Эдвард УэстонСША, 1886–1958Guadalupe, Mexico
Можно ли лицезреть?
Да, принимает
Миннеаполис, США
Выставлена для публики.
- Проверено
- В этом положении с
- Источник
- Музей
О работе
Гваделупе Марин была важной фигурой в художественных кругах, определивших мексиканскую культуру после Мексиканской революции (1910–20). Частая модель художников, она позировала прославленным живописцам Диего Ривере, своему мужу на момент этой фотографии, и Фриде Кало. Марин была автором опубликованных книг: в её романе 1938 года «Единственная» вновь описывался её бурный брак со знаменитым муралистом.
Друг Марин Эдвард Уэстон запечатлел её в плотно скадрированном кадре, подчеркнув живость и силу её черт в косых лучах дневного света.
Миннеаполисский институт искусства · перевод ART WIKI
Словами музея — на английском
Guadalupe Marín was a vital figure in the artistic circles that defined Mexican culture after the Mexican Revolution (1910–20). A frequent model for artists, she sat for the acclaimed painters Diego Rivera, her husband at the time of this photograph, and Frida Kahlo. Marín was a published author whose 1938 novel, La Unica, revisited her tempestuous marriage to the famed muralist.
Marín’s friend Edward Weston portrayed her in a tightly cropped frame, emphasizing the vivacity and strength of her features in raking daylight.
Миннеаполисский институт искусства
Сведения
- Инвентарный номер
- 68.22.7
В каталоге
Источники
- Миннеаполисский институт искусства
- Изображение: Миннеаполисский институт искусства — Center for Creative Photography ©1981 Arizona Board of Regents
А тем временем в жизни художника
Вся жизнь целикомоктябрь – ноябрь 1922
Нью-Йорк: встреча со Стиглицем
Нью-Йорк был центром фотографии как искусства, а Альфред Стиглиц — самой влиятельной фигурой в ней; денег на поездку у Уэстона не хватало, но зять даёт ему на дорогу из Миддлтауна. Большую часть октября и начало ноября он проводит в городе, где знакомится с художником Чарльзом Шилером, фотографами Кларенсом Х. Уайтом и Гертрудой Кэзебир и самим Стиглицем, сказавшим, что работы и позиция Уэстона его обнадёживают.
30 июля – 11 августа 1923
Отплывает в Мексику с Модотти и сыном
30 июля пароход увозит Уэстона, его сына Чандлера и Модотти в долгую поездку в Мексику; с пристани их провожают жена Флора и остальные три сына, и Флора, по сообщениям, кричит Модотти, чтобы та хорошенько присмотрела за её мальчиками. 11 августа они прибывают в Мехико и снимают большую асьенду за городом.
17 октября 1923
Выставка в галерее Aztec Land
Выставка, устроенная меньше чем через месяц после приезда, открывается 17 октября при восторженных отзывах прессы; особенно Уэстон гордился отзывом Мариуса де Сайаса: фотография наконец начинает быть фотографией, тогда как прежде была лишь искусством.
1923–1924
Мексика меняет его взгляд на предметы
Другая культура и пейзаж заставляют смотреть иначе: он отзывчивее к тому, что перед глазами, снимает повседневные вещи — игрушки, дверные проёмы, сантехнику — и интимные обнажённые портреты Модотти, а в «Daybooks» записывает, что подход к фотографии лежит через реализм. В 1924 году проходит вторая выставка в Aztec Land, и растёт поток светских заказчиков портретов.
август 1925
Снова в Мексике: совместная выставка с Модотти
Новая связь с Лернер оказывается недолгой, и в августе он возвращается в Мексику с сыном Бреттом; Модотти заранее устроила совместную выставку их фотографий, и она открывается на той же неделе. Он вновь получает признание критиков, и шесть его отпечатков покупает Государственный музей.
конец 1926
Разрыв с Модотти и возвращение в Калифорнию
К возвращению из поездки отношения Уэстона и Модотти распались, и меньше чем через две недели он с Бреттом уезжает в Калифорнию. В Мексику он больше не вернётся.















![[man with hands on head], Ларри Кларк, 1963](https://img.artsmia.org/web_objects_cache/011000/400/00/11404/PCD19991124_3390_IMG0039_800.jpg)