
Джон РёскинАнглия, 1819–1900Можно ли лицезреть?
Кембридж, США
Числится в собрании, но в залах её сейчас нет.
1834–1900
Место работы: Великобритания
1850-е
Покровитель Ханта, Россетти и Бёрн-Джонса
Рёскин продолжает поддерживать Холмана Ханта и Россетти, в 1855–1857 годах платит жене Россетти Элизабет Сиддал ежегодное содержание в 150 фунтов (и оплачивает её лечение у Генри Акленда), помогает критикой и деньгами Джону Бретту, Джону Уильяму Инчболду и Эдварду Бёрн-Джонсу, которого зовёт «братом Недом». Отец не одобряет таких друзей — ещё один повод для напряжения между ними.
1858
Турин: Веронезе против скучной проповеди
В Турине Рёскин слушает особенно унылую проповедь в церкви вальденсов и видит в галерее Сабауда «Представление царицы Савской» Паоло Веронезе; позже, в апреле 1877 года, он назовёт именно это началом своего «обращения вспять» — отхода от евангелического христианства. Вера, давно подточенная библейской и геологической критикой, рушится, и Рёскин, решив, что многое из написанного опиралось на полуправду, переживает глубокий личный кризис, после долгой борьбы вернувшись к христианству.
1858
Знакомство с Розой Ла Туш
В 1858 году Рёскин знакомится с Розой Ла Туш (1848–1875) из крайне религиозной протестантской семьи; в период острого религиозного кризиса его охватывает страстная влюблённость сперва в девочку, потом в девушку.
май 1858
Завершает разбор наследия Тёрнера
Убедив Национальную галерею допустить его к наследию — почти 20 000 работ, оставленных Тёрнером нации, — Рёскин к маю 1858 года заканчивает огромный труд: каталогизацию, оправу в рамы и консервацию. Четыреста акварелей выставлены в шкафах, сконструированных им самим.
август – ноябрь 1860
«Последнему, что и первому» в «Корнхилл мэгэзин»
В четырёх очерках, выходящих в «Корнхилл мэгэзин», Рёскин отвергает разделение труда как обесчеловечивающее и называет ложной «наукой» политическую экономию, не учитывающую общественные привязанности, но редактор Теккерей вынужден прервать серию из-за возмущения консервативных читателей и страха издателя. Национальная пресса враждебна, отец не одобряет, а Карлейль в восторге и заявляет, что отныне они вдвоём — «меньшинство из двух».