Андрей в Прилуках

Попков приехал в Прилуки со сломанной правой рукой и вначале только позировал Тутунову, но очень скоро вернулся в привычное для себя состояние – в любом месте, самочувствии и настроении рисовать все, что видел вокруг. Левой рукой он сделал несколько карандашных набросков Тутунова за работой и небольшой этюд маслом – букет расцветающей вербы в деревенской кринке. Они и легли в основу картины «Андрей в Прилуках», выполненной позднее в московской мастерской.

На полотне царит гармония сближенного колорита, сотканного из золотисто-охристых оттенков. Подобная гамма обусловлена теплым медовым цветом старых досок деревенского дома, в интерьере которого изображен Тутунов. В его образе В. Попков запечатлел соединение бытовой повседневности и творческого акта. Тутунов изображен в деревенских валенках и грубом вязаном свитере, с кистью в руке перед большим холстом. Он смотрит не на холст и, кажется, видит не ту реальность, что находится перед ним, а ту, что стоит перед его мысленным взором. Прежде чем работать руками, он творит своим воображением. Художник в состоянии прозрения. Его резкий разворот, пристальный взгляд, удивленно приподнятые брови, румянец возбуждения – признаки той внутренней творческой вспышки и рождения нового художественного образа, метафорой которого служит букет вербы в кринке. Попков придал ему форму взрыва, вырывающегося из гильзы.

Слегка смягчает это эмоциональное напряжение, охлаждает накаленную атмосферу творчества изображение маленьких голубых подснежников и умиротворенная, добрая морда пса Тузика, верного друга и непременного компаньона художника во всех его поездках. Собака тоже воспринимается символом – искренности и преданности, в том числе художника своему делу.

Не отвергая портретной точности, Виктор Попков выявлял в человеке характерное, но порой скрытое состояние, незаурядность натуры, внутреннюю сущность и воплощал это в гиперболизированной, даже гротесковой форме, проявляя при этом редкий дар художника-психолога.