27 февраля 1917 года

1917 · Холст, масло · 90 × 72 см

Можно ли лицезреть?

Неизвестно: музей хранит молчание

Третьяковская галерея

Москва, Россия

Хозяин известен. Выставлена ли она сейчас, музей не сообщает, а гадать мы не обучены.

Источник: Данные самого музея

На карте Страница музея

О картине

Для Бориса Кустодиева, выдающегося русского художника начала ХХ века, известного своими знаменитыми изображениями дородных купчих и красочных народных праздников, «27 февраля 1917 года» – первый и единственный опыт своего рода документального пейзажа. Эта картина – уникальное живописное свидетельство происходившего тогда на улицах столицы. Из-за болезни художник был прикован к инвалидному креслу и только из окна мог наблюдать разворачивающиеся революционные события. Именно с этого ракурса и написана картина «27 февраля 1917 года». Художник восторженно встретил Февральскую революцию и сетовал лишь на невозможность быть в центре событий: «Здесь все кипит, улицы полны народом… никогда так не сетовал на свою жизнь, которая не позволяет мне выйти на улицу, – ведь „такой“ улицы надо столетиями дожидаться!»

Действительно, после первых волнений 21 февраля, закончившихся разгромом хлебных магазинов, в последующие несколько дней началась всеобщая забастовка рабочих в Петрограде с лозунгами: «Долой войну!», «Долой самодержавие!», «Хлеба!». 27 февраля 1917 года всеобщая забастовка переросла в вооруженное восстание. Запасные батальоны Волынского, Литовского, Преображенского полков отказались подчиняться командирам и присоединились к народу. Во второй половине дня восстали Семёновский и Измайловский полки, запасный автобронедивизион. Были заняты Кронверкский арсенал, Арсенал, Главпочтамт, телеграф, вокзалы, мосты. Сменилась власть и закончилась целая эпоха.

В своем творчестве Кустодиев стремился создать «чисто русскую картину» – по аналогии с голландской и французской. После революции Кустодиев продолжил в своих картинах тематическую линию народных праздников и немного ироническое изображение купеческого быта. Художник обращается к привычной многофигурной, «цветастой» композиции, где чуть кукольные стаффажные фигурки располагаются в уютном и одомашненном пейзаже, похожем на театральную декорацию.

Не будучи простым бытописателем, Кустодиев мастерски соединяет точно переданные реальные детали с вымыслом и условностью, достигая в своих картинах обобщающего звучания образа.

Третьяковская галерея

Сведения

Инвентарный номер: ЖС-136

Источники

Третьяковская галерея: открытые данные самого музея · получено 4 дня назад
Изображение: Третьяковская галерея — © Третьяковская галерея

А тем временем в жизни художника

Вся жизнь целиком

1915
«Осенние скрипки» в МХТ и ночные кошмары
В Москву, оформлять в Художественном театре «Осенние скрипки» И. Д. Сургучёва, Кустодиев приехал уже тяжело больным: по ночам он кричал от боли, его мучил один и тот же кошмар — чёрные кошки впиваются когтями в спину и раздирают позвонки.
1915
Поселяется на Введенской улице
Сняв в 1914 году квартиру на Екатерингофском проспекте, с 1915 года и до конца жизни Кустодиев жил в доходном доме Е. П. Михайлова на Введенской улице, 7.
1916
Операция и паралич: прикован к креслу
Когда в руке снова начались боли, Кустодиеву сделали операцию в Петрограде: руку удалось вернуть к жизни, но начались проблемы с ногами. Последние годы он был прикован к инвалидному креслу и писал лёжа — и именно тогда создал самые яркие и жизнерадостные свои работы.
лето 1917
Лето в выборгском санатории «Конкала»
После второй операции Кустодиев провёл лето в выборгском санатории «Конкала» и написал там портреты графини С. А. Грабовской на фоне соснового парка, Лопатиной и Аниты Буденгоф, картину «На мосту» и пейзажи «Конкола (Финляндия)» и «Лесное озеро в Конкола».
1918
Оформляет Петроград к годовщине Октября
После революции Кустодиев участвовал в оформлении Петрограда к первой годовщине Октябрьской революции, рисовал плакаты, лубки и картины на революционные темы.
1918–1921
Оформляет оперы: «Снегурочка», «Царская невеста»
Успехом стали оперные работы Кустодиева: «Снегурочка» для Большого театра (1918, не поставлена), «Царская невеста» в Большом оперном театре Народного дома (1920), эскизы декораций и костюмов к «Вражьей силе» Серова для бывшего Мариинского театра (1921).