В колхоз

Ткачёвы пишут простую деревенскую семью: своих близких, судьбу которых они знали очень хорошо. Обычная для того времени ситуация «раскулачивания» передается не документально, а, скорее, по памяти о семейных событиях, предшествовавших переезду. В центре полотна – молодая мать с младенцем на руках. Художники будто вглядываются в ее черты и вспоминают свою мать. В ярком образе молодой крестьянки воплощен испуг от происходящего и страх за себя и за судьбу ребенка, которого она крепко прижимает к груди. На земле в растерянности сидит мужик: он должен отдать свой скот в коллективное хозяйство, и для его семьи начинается другая жизнь. Третьим персонажем на первом плане становится хозяин двора – старый крестьянин, который стоит в раздумьях поодаль. Во время работы над картиной художники вспоминали о своем дедушке, Афанасии Владимировиче Ткачёве, человеке удивительной судьбы.

Дед Жезла, как звали старосту соседи в деревне, проживший почти сто лет и перенесший немало испытаний, участвовал в обороне Севастополя 1854–1855 годов, был свидетелем двух революций, гражданской войны и застал коллективизацию. Он помнит прошлое и понимает, что в будущем – неизвестность, может быть, гибель. Каждый из этих персонажей несет собственную интонацию внутренней силы и стойкости перед грядущими испытаниями.

Художники неоднократно возвращались к сюжету этого полотна. Картина существует в нескольких авторских вариантах, все они хранятся в музеях России. Поступившее в Государственную Третьяковскую галерею в 1981 году произведение «В колхоз» было написано специально для собрания музея.