Михаил Викторович Дронов – яркий представитель поколения художников, которые родились в годы оттепели, сформировались в 1970-е и вступили в творческую жизнь в 1980-е. Он принадлежит к группе мастеров, прошедших серьезную классическую школу и внутренне свободных. Михаил продолжает династию московских скульпторов-шестидесятников Виктора Дронова и Лилии Евзыковой. Профессиональное образование он получил в Московском государственном художественном институте им. В.И. Сурикова.
Read on
Образный мир произведений Дронова сопряжен со сложными культурными аллюзиями, палитра которых включает неолитические, античные, средневековые, ренессансные цитаты. Однако в творчестве Дронова это всегда бывает не буквальным подражанием, но способом создания полифонии звучания и многогранности трактовок. Такой прием, называемый интертекстуальностью, широко используется в искусстве постмодернизма. Михаил Дронов в своих произведениях, полных иронии и гротеска, творит реальность подобно театральному режиссеру или сценографу, вольно трансформирует натуру, приводя ее форму к убедительному знаку.
Образ Робин Гуда как защитника бедных и угнетенных вступает неким образом в диалог с персонажами советской политической мифологии. 1980–1990-е годы – период слома эпох, время переосмысления в том числе художественных идеалов. В отличие от традиции героизации, свойственной большинству произведений предшествующего времени, Дронов наделяет своего человечка карикатурными чертами: вместо лука со стрелами – рогатка, вместо охотничьего костюма (особенно узнаваемой шапочки с пером) – условная нагота. От легендарного английского героя у Дронова – только название. Однако ирония автора направлена не на конкретные персоны политической или военной истории, которым, по обыкновению, возводят памятники. Скульптор словно подвергает пересмотру, лишает внешнего сходства и высмеивает монумент как явление, как набор стереотипных представлений о герое.
С другой стороны, персонаж напоминает рисунок из школьной тетради, когда случайная чернильная клякса превращалась в человечка. В нем автор рисунка мог представить самого себя или любого героя, например Робин Гуда. В работах Дронова привлекает именно эта многозначность прочтения его замысла.
