Парк

Ульянов хорошо знал и любил природу среднерусской равнины с ее легкой холмистостью, с полями, перерезанными оврагами, с обрывами над тихими реками, но отчетливо осознавал некоторую аморфность этих ландшафтов, считая, что они «еще ждут завершений». Путь к осуществлению такой задачи еще в пору учебы он услышал от Н.Н. Ге, который, беседуя с начинающими живописцами, внушал им, что «в пейзажной работе, как и во всякой другой, присутствует или отсутствует наблюдательный ум и высокое чувство. Кто видел в оригиналах таких мастеров, как Клод Лоррен, Пуссен и др., тот мог уразуметь искусство не только растворяться в обожании природы, но и в умении подчинить ее своим замыслам и живописной воле». Значимость уроков «мудрого старца» и их глубинный смысл Ульянов смог понять, лишь пройдя искус импрессионизма. Он использовал этот метод в ряде произведений, но вскоре осознал, что красота неповторимых мгновений не может считаться исчерпывающей характеристикой мира.

Работа «Парк» выполнена в те годы, когда ульяновская концепция пейзажа окончательно сформировалась, впитав творчески переосмысленные уроки художников прошлого и современников, а также опыт работы над театральными декорациями. Композиция пейзажа четко выстроена, членение на планы подчеркнуто, и даже диагональ тропинки не нарушает замкнутости и самодостаточности ландшафта. Колорит почти условен, как если бы художник писал театральную декорацию. Небо с облаками воспринимается как подобие сценического задника, замыкающего пространство. Кроны деревьев, кустарников четко ограничивают обобщенные контуры, а ритмически сгруппированные стволы привносят в композицию динамизм. Образно-пластическое решение картины свидетельствует, что автор принадлежал к поколению художников начала ХХ века, стремившихся к обновлению языка живописи.