Suprematism

Чашник развивался стремительно и логично, шаг за шагом выстраивая свою оригинальную версию супрематизма. Обладая незаурядным архитектурным даром, безукоризненно тонко чувствуя соотношение плоскостей и объемов, художник сумел выявить и развить архитектурный потенциал супрематизма. Но основой для него являлась все-таки живопись, которую он называет «холстовым» периодом супрематизма. Его живопись, супрематические рельефы, архитектурные проекты и архитектоны составляют единую линию развития. Супрематические картины Чашника находятся как бы на грани между станковой живописью и абстрактным архитектурным проектом, не случайно они иногда похожи на планы какого-то идеального архитектурного объекта, увиденного сверху.

Сдержанный колорит живописных работ Чашника обычно построен на контрастной игре черного и белого, с добавлением серого, красного и немногих других цветов, подчиненных общему лаконичному строю. Именно в этой цветовой гамме – черное, белое, серое – написан «Супрематизм». В понимании Чашника, черное это – «важнейшее состояние беспредметности», а белое – «вечное неизменяемое динамическое начало». В фокусе внимания художника ритмические сочетания элементов и система пространственных интервалов. Крупный центральный темно-серый прямоугольник в центре картины «Супрематизм», окруженный меньшими по размерам узкими прямоугольниками, доминирует в композиции, придавая ей устойчивость. Располагающиеся вокруг него в строго выверенном порядке серые геометрические формы создают ощущение пространственности и динамизма. Последнее очень важно для Чашника, декларировавшего: «Динамизм, динамизм и тысячу раз динамизм – вот основа и суть супрематизма как беспредметности и тысячу раз моя основа».