Красная мебель

Одухотворение вещей здесь достигает такого уровня, что интерьер всецело становится воплощением души человека, ее образом. И личная драма, и трагическое напряжение времени отразились в этой картине. Сдвиги плоскостей, острый ритм силуэтов и теней, богато инструментированная цветовая доминанта красного – весь арсенал средств, которые предоставлял кубизм, подчинен здесь лирической силе, чувству, «смещающему действительность» (Б. Пастернак). Историк искусства Давид Аркин в 1923 году писал о «Красной мебели»: «Мы ясно видим, как вся конструкция картины организована исключительно на цветном фундаменте, как ее композиционно-пространственные, фактурные и, наконец, красочные элементы являются производными от того основного цветового начала, в котором инструментована вся вещь». Неслучайно цветовая доминанта отразилась в названии картины.

В этом царстве красного и черного, как высокая нота, звучит написанный чистыми белилами фрагмент скатерти, который выглядит как незакрашенный кусок белого грунта: это значимое отсутствие красочного слоя, своего рода «минус-прием». Обнаженный холст здесь становится метафорой оголенного нерва, незащищенной души. Фальк писал эту картину в Покровском-Стрешневе, в санатории для нервнобольных во время острого душевного кризиса.