Self-Portrait

На «Автопортрете» 1913 года художнику 65 лет - за плечами пройденный сложный творческий путь, путь личных потерь, драм. После успешной трилогии «Утро стрелецкой казни» (1881), «Меншиков в Березове» (1883) и «Боярыня Морозова» (1887) он лишится любимой жены, навсегда останется вдовцом, находя отраду лишь в искусстве и в воспитании двух дочерей – Ольги и Елены. Возникнут другие замыслы, будут созданы интересные полотна, но свершений более грандиозных, чем в 1880-е годы ему жизнь не преподнесет.

Скупой по композиции и колориту автопортрет рассказывает о человеке серьезном, цельном, непримиримом, но за этой маской суровости порой проступает человек невероятно живой, веселый и непосредственный. Часто посещая вечера Общества поощрения художеств, где собирались выдающиеся живописцы, писатели и актеры того времени, Василий Иванович увлекательно рассказывал об искусстве, громко смеялся, подшучивал над собравшимися. Многие вспоминали, как он, отвлекаясь от занятий живописью, снимал со стены своей комнаты гитару и наигрывал на ней мотивы «Лунной сонаты» Бетховена. В нем было много милых и неуклюжих черт характера, но что решительно отличало его от сверстников, так это открытость ко всему новому. Сохранившиеся акварели из европейских поездок со своим зятем – художником Петром Кончаловским - обнаруживают в Сурикове живописца совсем другого, молодого поколения, к сожалению, не столь хорошо известного широкому зрителю.