Сенокос

Декоративность присуща всему «Крестьянскому циклу» (1907–1911) и «Сенокосу» в частности. Сочетание в одном пространстве двух разных масштабов – крупных и маленьких фигур крестьян – эффектный декоративный прием, который напоминает композицию иконы с ее центральной большой фигурой святого и маленькими фигурами святых в клеймах по периметру. Вместе с тем расположение в один ряд «маленьких» крестьян в нижнем ярусе – отсылка к древнеегипетскому искусству. Однако здесь нет прямого повторения канона, представления фигуры анфас, а головы и ног в профиль. Один мужичок и вовсе, игриво подбоченившись, вступает в активный диалог с крестьянкой.

Подобные отсылки – суть программы Гончаровой «всёчество». Художница считала, что можно обращаться к самым разным стилям и эпохам в истории искусства, но при этом не уходить в тривиальное стилизаторство, для которого характерен лишь внешний повтор отдельных элементов. Важно было постичь самую суть «чужого искусства», найти в нем вдохновение для обновления живописной культуры ХХ века.

Гончарова изображает крестьян грубоватыми, приземистыми, «идолоподобными», стремясь не к осмеянию, а к выражению самобытности и архаической цельности, которую Гоген искал на Таити, а Пикассо – в африканской скульптуре. В этой «деревянности» фигур можно почувствовать отголоски кубизма. Однако Гончарова рассматривала это как проявление национального чувства формы, связывая происхождение кубизма с русской деревянной игрушкой и скифскими каменными бабами.

Звучная палитра художницы заставляет вспомнить и о других течениях современной живописи – фовизме и экспрессионизме. В этом соединении концептуальности «всёчества» с сочной декоративностью – ключ к пониманию всеобъемлющего искусства Наталии Гончаровой.