Mikhail Vrubel1856–1910Принцесса Греза
Can I see it?
Unknown
Where is “Принцесса Греза” now? Collection: Tretyakov Gallery, Moscow. Unknown.
Moscow, Russia
The owner is known; whether it is on view today is not.
- Source
- The museum
About the painting
Museum text in Russian
Панно «Принцесса Греза» на сюжет одноименной драмы французского драматурга Эдмона Ростана – одно из двух произведений, заказанных Михаилу Врубелю в начале января 1896 года Саввой Мамонтовым по соглашению с министром финансов Сергеем Витте. Вместе со второй работой «Микула Селянинович» на сюжет русской былины они должны были увенчать полукруглые завершения стен центрального зала художественного павильона на Промышленно-художественной выставке в Нижнем Новгороде 1896 года.
В пьесе, сочиненной Ростаном в 1895 году по мотивам средневековой легенды, принц и трубадур Жофруа Рюдель, очарованный рассказами пилигримов об антиохийской принцессе Мелисинде, заочно влюбился в нее и стал мечтать о встрече. Заболев и предчувствуя свой близкий конец, он решил пуститься в далекий путь за море, «не в силах умереть, не увидав хотя на миг ее».
Read on
В центре панно изображен умирающий на корабле принц. Силой воображения он воссоздает романтическую мечту – образ прекрасной и недостижимой принцессы. Легкая и прозрачная, она словно материализуется из розовых закатных облаков и нежно склоняется над принцем. Этот чудесный «мираж» – воплощение недостижимой мечты художника о прекрасном. Монументальное панно уподоблено старинной фреске. Все формы обобщены и стилизованы, краски словно поблекли от времени, а причудливый орнамент акцентирует плоскость стены. Врубель обильно украшает им одежды, ковер, ниспадающий с палубы, очертания фигур, снасти корабля.
Оба произведения - “Принцесса Греза” и “Микула Селянинович” - еще в процессе работы над ними были не приняты жюри Императорской академии художеств. Возмущенный этим, Савва Мамонтов приобрел полотна и по его просьбе они были закончены Василием Поленовым и Константином Коровиным под наблюдением Врубеля, занятого в это время декоративными панно для Морозовского особняка. Поленов тогда писал жене об отвергнутых произведениях: «Они так талантливы и интересны, что я не мог устоять». После их завершения Мамонтов экспонировал панно в специально выстроенном павильоне у входа на выставку, чтобы как можно больше людей смогли познакомиться с творчеством малоизвестного в ту пору художника.
От Мамонтова в 1917 году панно «Принцесса Греза» перешло к Сергею Зимину, основателю оперного театра его имени. С 1929 года оно хранилось в фондах Большого театра. После того как в 1956 году его передали в Третьяковскую галерею, произведение было восстановлено реставраторами Галереи и затем нашло свое место в зале, посвященном творчеству Врубеля. Оно стало воплощением эстетического кредо художника, а также своеобразным манифестом символизма с его преклонением перед прекрасным, склонностью к мифам и любовью к магии орнамента.
Панно «Принцесса Греза» было повторено для гостиницы «Метрополь» в Москве (1903) в технике майолики в Керамико-художественной гончарной мастерской «Абрамцево» Саввы Мамонтова в Москве на Бутырках. В настоящее время это произведение украшает фасад гостиницы.
Tretyakov Gallery
Details
- Accession number
- Ж-434
In the catalog
Sources
- Tretyakov Gallery
- Image: Tretyakov Gallery — © State Tretyakov Gallery
In the life of Mikhail Vrubel
The whole lifeearly 1896
Meeting Nadezhda Zabela
In St Petersburg Vrubel stepped in for the ailing Korovin as designer of Humperdinck’s opera “Hansel and Gretel”, which Mamontov was financing, and at a rehearsal he first heard, then saw, the singer of Gretel — Nadezhda Zabela. Rushing up to her in the interval with the cry “What a lovely voice!”, he proposed almost on the day they met, and later told his sister that had she refused, he would have killed himself on the spot.
22 May 1896
The Academy rejects his Nizhny Novgorod panels
Mamontov secured Vrubel a commission for two huge panels for the art section of the All-Russian Exhibition — “Mikula Selyaninovich” and “The Princess of the Dream”, a hundred square metres in three months. But the academician Albert Benois, in charge of the pavilion, demanded sketches, a telegram went to St Petersburg — “Vrubel’s panels are monstrous, they must be removed” — the Academy’s commission ruled them unfit to show, and on 22 May the works were carried out of the pavilion.
July 1896
Mamontov’s pavilion for the “rejected” panels
Mamontov bought both panels for 5,000 roubles: Polenov and Korovin finished “Mikula”, Vrubel completed “The Princess of the Dream” in a shed at the Abramtsevo pottery, and in time for the imperial couple’s visit on 15–17 July the canvases were shown in a specially built pavilion signposted “Exhibition of decorative panels by the artist M. A. Vrubel, rejected by the jury of the Imperial Academy of Arts” — the words naming the Academy’s jury soon had to be painted over. A newspaper battle followed: Nikolai Garin-Mikhailovsky offered the first balanced analysis of Vrubel’s art, while Maxim Gorky mocked his panels in five articles.
28 July 1896
Marries Nadezhda Zabela in Geneva
Meeting Zabela’s family went badly — the age gap troubled them (he was 40, she 28), and the bride herself knew that Vrubel drank and squandered money — but on 28 July the couple were married in the Cathedral of the Exaltation of the Holy Cross in Geneva. They spent their honeymoon in a guesthouse in Lucerne, where Vrubel went on working on panels for A. V. Morozov’s Gothic study: by the wedding he was literally penniless and had walked from the station to his bride’s.
summer 1898
First symptoms of illness
During a summer stay in Ukraine the first symptoms of his future illness appeared: his migraines grew so severe that he took phenacetin in huge quantities — up to 25 grains or more, according to his sister-in-law. A previously unknown irritability set in too, especially when someone disagreed with his opinion of a work of art.
January 1898
“Morning” at Diaghilev’s exhibition
In St Petersburg Ilya Repin advised Vrubel not to destroy his panel “Morning”, which a client had turned down, but to show it at an exhibition. So the canvas went into Sergei Diaghilev’s exhibition of Russian and Finnish artists at the museum of the Stieglitz School.
