В начале ХХ века своеобразным знамением времени стало возрождение интереса к Античности. Часто это выражалось в поисках ее примет в окружающем мире, и Николай Ульянов отдал им дань. Постижение природы и искусства Италии, которую художник посетил в 1907 и 1912 годах, и общение с поэтом и философом Вяч. Ивановым летом 1914-го в имении Петровское на Оке, помогли ему поверить, что и на берегах российских рек «фантазия поэта может увидеть родных нимф, еще не обретших голоса своих античных сестер». На его картинах и рисунках появляются многочисленные изображения купальщиц на берегах рек и прудов, которые кажутся возродившимися богинями рек и лесов. Порой это изображение пары обнаженных женщин, расположившихся на берегу реки или пруда, завороженно вглядывающихся в свои отражения в воде.
Read on
Любуясь красотой женщин, гармоничным пейзажным мотивом, Ульянов в то же время размышлял о способности отражающих поверхностей влиять на смотрящих на нее людей. Гладь воды, повторяя земной облик купальщиц, зачаровывает их, погружает в состояние, близкое инобытию, и неслучайно композиция получила название «Элизиум»: в древнегреческой мифологии так называлась область в загробном мире, обитель душ блаженных. В изображении женских фигур Ульянов хранит верность классической традиции, что удивительным образом не вступает в противоречие с трактовкой окружающей природы, навеянной условными изображениями скал и растительности мастерами итальянского кватроченто, искусство которых художник очень высоко ценил. П.П. Муратов, автор монографии об Ульянове, писал о подобных композициях: «Неизвестно, где находятся эти берега с купающимися фигурами и эти освещенные солнцем поляны среди мощных деревьев. Они в той стране, где непрестанна встреча и неразрывна связь человека и природы».
