Автопортрет, Nadezhda Udaltsova, 1923
Nadezhda Udaltsova, portraitNadezhda UdaltsovaRussian, 1886–1961

Автопортрет

1923 · Painting · 99.5 × 78 cm

Can I see it?

Unknown

Where is “Автопортрет” now? Collection: Tretyakov Gallery, Moscow. Whether it is on view today is unknown.

Tretyakov Gallery

Moscow, Russia

The owner is known; whether it is on view today is not.

Source
The museum
Embed

About the painting

Museum text in Russian

Творчество художницы-авангардистки Надежды Андреевны Удальцовой прошло несколько этапов. В молодости, после учебы в парижской Академии «Ла Палетт» (1912–1913) у Ле Фоконье, Метценже и Сегонзака, она шесть лет (1913–1919) создавала кубистические и кубофутуристические произведения. Сотрудничая в послереволюционные годы с В.Е. Татлиным и К.С. Малевичем и испытав влияние супрематизма и конструктивизма, она, тем не менее, не стала приверженцем этих направлений, а нашла свою индивидуальную манеру. В 1921 году Удальцова ушла из Института художественной культуры (ИНХУК), не согласившись с лозунгом замены станкового искусства «производственным». На почве станковизма она сблизилась с мастерами бывшего «Бубнового валета» (И.И. Машковым, П.П. Кончаловским и др.) и приняла участие в «Выставке картин» в мае 1923 года.

Read on

«Автопортрет» 1923 года относится к периоду, когда после авангардных экспериментов Н.А. Удальцова, во многом под влиянием второго мужа, художника А.Д. Древина, вернулась к фигуративной натурной живописи. На полотне 37-летняя художница запечатлела себя стоящей в рост в синем рабочем халате, с обращенным к зрителю взглядом. Серьезное волевое лицо, сцепленные руки, плотно сжатые губы передают сложное состояние внутренней собранности, психологического напряжения, скрытой энергии. «Всегда сдержанная, спокойная, с твердой, непоколебимой и ясной позицией, без какой бы то ни было экзальтации – такова Удальцова», – вспоминал вхутемасовец Сергей Лучишкин. В основе колористического решения картины лежит строгое сочетание цветов (синего, черного, зеленовато-голубого, охристого).

Сдержанность колорита принципиальна для живописного языка художницы, которая как-то после посещения выставки «Бубнового валета» отметила в своем дневнике: «Писать ярко – еще не значит быть живописцем». Особое внимание Удальцова уделяла структуре мазка, выявляющего форму на полотне, и разработке тактильной поверхности. Удлиненные импульсивные касания ее кисти создают динамичную, мерцающую фактуру живописной поверхности, превращая ее в некоторое подобие рельефа. Критик Я.А. Тугендхольд назвал этот удальцовский прием «странной “соломенной” манерой плетения формы, которую она чувствует остро, но выявляет весьма сухо». В каждом мазке ощущается творческий порыв, страстность, заставляющие вспомнить высокое представление Удальцовой о своей профессии: «Я художник, служитель вечной идеи».

Tretyakov Gallery

Details

Accession number
ЖС-1398

In the catalog

Sources

All works

From the collection of Tretyakov Gallery

Museum page