Тру-Луэт зимой

Первый биограф мастера, его молодой друг и постоянный собеседник, бельгийский ученый и художественный критик Эмиль Витмёр, писал в очерке о творчестве художника: «Самый банальный зимний вид в его изображении становился трогательным, ибо Похитонов обладал той силой сочувствия, которое одно лишь способно затронуть и возродить душу вещей».

В пейзаже «Тру-Луэт зимой» Похитонов не только воспроизводит малейшие особенности ослепительно-белого снежного покрова, сияющего в солнечных утренних лучах, но с легкостью воссоздает бодрящую свежесть морозного воздуха. Одновременно он наполняет пейзаж ощущением уюта и обжитости, изображая части ограды усадьбы с открытым проемом входа, одинокий стул, вероятно, еще в теплые осенние дни оставленный у входа. Тот же Витмёр писал о зимних пейзажах мастера: «Особенно привлекали внимание его зимние пейзажи – и не случайно, ибо снег обладал для Похитонова своим тайным языком. Святой Франциск Ассизский разговаривал с птицами, Похитонов вел беседы со снегом. Из российских зим он принес с собой понимание благотворного снега, не смертного савана, но, напротив, теплого покрова, защищающего жизнь, снега как праздничных одежд, преобразующих самые обычные предметы, придавая им очарование девственности и юной свежести».