Келейник

Архипов обращается к пейзажному бытовому жанру, помещая изображение сцены из повседневной монашеской жизни в природную и архитектурную среду. Залитая ярким солнцем трава, стена старого дома, затерянного в зелени листвы, тропинка, связывающая первый план картины с дальним, – похожую композицию можно видеть на полотнах Поленова «Московский дворик», «Бабушкин сад» (обе – 1878, ГТГ), которые были представлены на передвижных выставках в Москве в период занятий Архипова в училище.

Сюжет разработан в непарадном, бытовом ракурсе, так же как в картинах «Радоница» (1892, ГРМ), «Вечерня» (1898, Русский центр искусства, Калининград). Старик-послушник вышел из своей кельи, возможно, после усердной молитвы, чтобы покормить птиц и порадоваться погожему дню.

Однако бытовая сцена у Архипова обретает и более глубокий смысл: кормление птиц небесных воспринимается как богоугодное дело, а сад при храме невольно отсылает к образу райских кущ. Келейник наслаждается перламутровым свечением изумрудной зелени, высветленной солнцем, синеющей в тени, и пребывает в умиротворенном состоянии, предаваясь светлым, безгрешным мыслям. Критик не случайно отмечал, что от картины «веет теплым летним днем и монастырскою тишиною».

Работа имела успех на выставке Московского общества любителей художеств (1891–1892) и Передвижной выставке (1992–1993).